14.04.2016

Первая Мировая война: Малая воина больших флотов (1914-январь 1915 гг.) 14 часть

Пылающий как факел крейсер атаковали торпедами четыре эсминца, затем еще три. Наконец торпеда с «Аретузы» добила «Блюхер». Он перевернулся вверх килем и в 12.30 затонул. Догнав свои крейсера, адмирал Битти в 12.20 поднял флаг на «Принсесс Ройял» и возобновил погоню за кораблями Хиппера. Но догнать их оказалось уже невозможным, поэтому в 12.45 Битти принял решение возвращаться. Тяжело поврежденный «Лайон» потащили на буксире «Индомитейбла». Адмирал Ингеноль, получив утром радиограмму Хиппера о встрече с британскими линейными крейсерами и желая придержать противника, открытым текстом радировал контр-адмиралу: «Хохзеефлот выходит», а шифром добавил: «как только будет готов».

Но эта уловка ничего бы не дала, если бы приказ Битти был правильно понят его подчиненными. Англичанам, имевшим преимущество в скорости и числе тяжелых орудий, выпал шанс уничтожить соединение Хиппера в этом первом столкновении крупных боевых кораблей. Но из-за недостатков в системе управления кораблями они этот шанс упустили. Снова, как и 16 декабря 1914 года, произошла путаница при передаче сигналов. Так и осталось неясным, почему их прочитали, как приказ атаковать немецкие корабли с тыла, если Битти имел в виду голову колонны?

Удивляет также, почему «Тайгеру», новому кораблю с молодым неопытным экипажем, определили второе место в колонне, а не крейсеру «Принсесс Ройял», которым командовал опытнейший О. де Бовуар Брок. Гранд Флит вышел со своих баз слишком поздно для того, чтобы успеть принять участие в сражении. На рассвете 24 января он находился на параллели Эбердина, примерно на половине пути между Шотландией и Ютландией, или в 140 милях севернее от того места, где произошло столкновение кораблей вице-адмирала Битти с кораблями контр-адмирала Хиппера.

Тем не менее, он шел дальше и лишь после полудня его повернули назад. В сражений у Доггер-банки немцы потерпели поражение в основном из-за ошибок руководства. Особенно грубой среди них явилось включение в группу линейных крейсеров Хиппера броненосного крейсера «Блюхер», тихоходного корабля с низкими боевыми качествами, который им только мешал. Вина за его гибель целиком лежит на командовании Хохзеефлота. Суровым уроком немецким конструкторам стала гибель от одного снаряда расчетов сразу двух башен главного калибра «Зейдлица».

Сражение показало также, что немецкие артиллеристы своей выучкой превосходили англичан. Немцы 16 раз попали в «Лайон» и 6 раз в «Тайгер», англичане имели на своем счету только 3 попадания: два в «Зейдлиц» и одно в «Дерфлингер». Правда, «Блюхер» получил 70 попаданий, но почти все снаряды попали в него с очень близкого расстояния в самом конце боя. Потери немцев в людях составили 954 человека погибшими, 80 ранеными, 189 пленными. У англичан 14 человек были убиты и 30 ранены.

Проигранное сражение привело в скором времени к большим персональным изменениям в германском флоте. Адмирал Ингеноль 2 февраля покинул должность командующего Флотом Открытого Моря. Ушел и начальник адмирал-штаба контр-адмирал Эккерман, которого назначили командиром 1-й эскадры линкоров. Преемником Ингеноля стал адмирал Поль, начальником адмирал-штаба вице-адмирал Бахманн.

Первый лорд британского адмиралтейства Уинстон Черчилль был одним из главных авторов концепции дальней блокады. Несмотря на это, с первых дней войны он настаивал на решительных наступательных действиях флота. Но, как отмечали оппоненты первого лорда, он не учитывал все те трудности, с которыми были связаны попытки практической реализации предлагаемых им планов конкретных операций. Так, Черчилль считал, что британский флот должен вторгнуться в Балтийское море.

19 августа 1914 года, с ведома и согласия премьер-министра Асквита, он обратился к верховному главнокомандующему вооруженных сил России, великому князю Николаю Николаевичу (1856 - 1929) с письмом, в котором говорилось, что британский флот мог бы при соответствующих условиях войти в Балтийское море и установить там свой контроль. Это можно было осуществить, писал Черчилль, либо, разгромив германский флот, либо полностью закупорив Кильский канал, если бы удалось успешно атаковать и уничтожить шлюзы в Брюнсбюттеле.

Осуществление любого из вариантов, указывал первый лорд, позволило бы британскому флоту войти в Балтийское море через датские проливы и утвердить на Балтике свое господство. Тогда, подчеркивал Черчилль, Великобритания смогла бы обеспечить переброску морем русского десанта к берегам Западной Померании (район между Штеттином и Данцигом) и поддержать силами своего флота высадку этого десанта. В результате русские войска смогли бы ударить по левому флангу германской армии на линии Данциг-Торн, либо начать наступление на Берлин с севера, либо перейти в наступление на любом другом направлении.

24 августа пришел ответ, в котором русские благодарили Черчилля за его предложение, отмечая, что при соответствующих условиях предлагаемый план был бы вполне приемлем, однако, говорилось далее, в настоящее время благоприятных условий нет, поэтому к осуществлению плана можно будет приступить лишь тогда, когда военная обстановка в целом изменится к лучшему. Такая позиция России была в значительной мере продиктована опасением, что после победоносного окончания войны присутствие британского флота на Балтике может привести к серьезным политическим осложнениям, - попробуй потом его выдворить!

Вопрос о наступательных действиях на Балтике обсуждался 17 сентября 1914 года. В обсуждении приняли участие Черчилль, начальник военного штаба флота, командующий Большим Флотом и командующие прочих формирований. Рассмотрев план нападения эсминцев на Брунсбюттель при одновременной атаке крейсеров, эсминцев и подводных лодок на Киль, адмиралы пришли к выводу, что затея слишком рискованная и отказались от нее. Отвергнуто было так же, как невыполнимое, предложение адмирала А.К. Вильсона о захвате острова Гельголанд.

Тогда первый лорд стал развивать мысль о необходимости жесткой ближней блокады Гельголандской бухты, что потребовало бы захвата одного или нескольких немецких островов в Северном море для использования их в качестве базы легких морских сил и самолетов. Черчилль, таким образом, возвращался к плану 1912 - 1914 годов, который был, отвергнут перед самой войной - ему предпочли установление дальней блокады. Сменивший Черчилля на посту первого лорда адмиралтейства, адмирал Фишер тоже был сторонником наступательных действий флота и тоже считал необходимым овладеть Балтикой, однако он расходился с Черчиллем во мнениях относительно того, как это сделать.

В Раздел