03.11.2016

Операции английского флота в Первую мировую войну (1 часть)

Еще ни одна из многочисленных войн, в которых создавалась и крепла британская морская традиция, не выдвигала задач, подобных тем, с которыми пришлось столкнуться в июле 1914 года. Если оставить в стороне вопрос техники, придется констатировать, что у нас практически не оказалось опыта. Весь наш боевой опыт приобретался в войнах с противником, расположенным к югу от нас. Никогда, начиная со времен голландских войн XVII века, не приходилось нам сталкиваться с сильнейшей морской державой, базировавшейся к северу от Дуврского пролива.

На неприступности этого узкого прохода с его обеспеченными с юга и запада флангами основывалось развертывание главных сил нашего флота во всех войнах предшествовавшего времени. В новой же войне все условия переменились в корне. Вместо легко защищаемого Английского канала, в котором прежний противник не имел ни одной укрепленной базы, перед нами лежало Северное море с бурным и широким выходом между Шотландией и Норвегией, причем новый враг обладал подходами к нему, расположенными в двух далеко отстоящих друг от друга районах, соединенных между собой идеально защищенным внутренним водным путем.

Наконец, вместо нашего южного берега с весьма удобно расположенными военными портами, фронтом к новому врагу тянулось побережье с многочисленными коммерческими портами, но без оснащенной морской базы, за исключением Чатема, который по своим навигационным трудностям не мог удовлетворять современным военным требованиям. На правильном разрешении этого существенного вопроса внимание было сосредоточено уже давно, но, помимо этого, появились и другие условия, также резко отличавшиеся от прежних.

Оставались неясными вопросы, связанные с масштабом сухопутных операций. Безусловно, возможность переброски экспедиционного корпуса на континент в первые дни войны была предусмотрена и роль флота в данной операции учтена, но предугадать, что этот корпус обратится в миллионную армию, и предвидеть, с какими трудностями будет сопряжено обеспечение ее продовольствием и боеприпасами, оказалось, невозможно. Помощь доминионов ожидалась, но размеры ее, удивившие весь свет, также не могли быть учтены заранее.

Еще менее верилось, что Индия примет участие в борьбе на главном театре. Никто не мог предусмотреть появление многочисленных конвоев, спешивших в Европу со всех концов земного шара на помощь отечеству. Все эти обстоятельства при оценке обстановки перед войной рассматривались только как вероятные. Однако лишь наметились первые шаги для решения этих вопросов, и они стали облекаться в некоторые организационные формы, как неожиданно разразилась война. Вряд ли в анналах истории Англии найдутся лучшие примеры того, как все многочисленные органы управления флотом справились с неоконченной работой и в разгар борьбы соединили в стройное целое едва намеченные части всей организации.

На первом месте стоял вопрос дислокации главных сил флота. В войне с Германией главным препятствием для нас являлось изменение географических условий: оно опрокидывало все прежние соображения, руководившие выбором ключевой позиции флота в прежних войнах. Требовалось найти новую позицию, базируясь на которой флот мог бы уверенно начать выполнение своих боевых задач. Остановлюсь на них подробнее, так как за последние годы под влиянием неверного понимания истории сложилось мнение, что первейшая задача флота состоит в поиске и уничтожении главных сил неприятеля.

Взгляд этот, больше эмпирический, чем исторический, оказался наиболее распространен в Германии - в стране, где он не мог быть проверен на опыте истории. Наш противник настолько проникся подобным взглядом, что это оказало существенное влияние на его морскую политику. Немцы лелеяли надежду, что мы немедленно начнем искать их флот именно там, где они готовы были нас встретить, а когда обманулись в своих надеждах, то стали утешаться - вероятно, вполне искренне - мыслями, что британский флот утратил свой прежний боевой дух, и опасаться его более не следует.

Причину ошибочного взгляда немцев можно отчасти объяснить тем обстоятельством, что наиболее активные действия тех или иных выдающихся наших адмиралов имели место именно тогда, когда они командовали второстепенными отрядами флота. Превалирующая роль главных сил нашего флота - Гранд-Флита - сводилась к удержанию господства в отечественных водах и охране наших берегов и торговли. Не могло быть и речи о поиске неприятельского флота, который за редкими исключениями был недосягаем, укрываясь за укреплениями своих баз.

Все, что мог делать наш флот, это занимать позицию, которая давала бы возможность удерживать неприятеля в портах или вынуждать к бою в случае выхода в море. Надежда, что рано или поздно немцы вынуждены, будут принять бой, никогда не умирала. Но до наступления момента решающего боя флот должен был зорко и бдительно выполнять свои первоначальные обязанности - прикрывать эскадры и отряды, составлявшие нашу морскую защиту против десанта, а также те эскадры, которые, базируясь на фланговых портах метрополии, охраняли наши торговые пути и насколько позволяли географические условия оперировали на торговых путях неприятеля.

Система защиты против высадки являлась единственно приемлемой; система охраны торговли также вполне оправдала себя. Принятая дислокация одновременно не только охраняла наши торговые пути, но и закрывала доступ к неприятельским портам. Германская океанская торговля сразу была парализована, но не вследствие деятельности наших крейсеров в океанах, а потому что германские порты оказались запертыми Гранд-Флитом. Принимая во внимание вышесказанное, не приходилось долго раздумывать над вопросом выбора позиций для Гранд-Флита.

Наилучшим районом были воды Шотландии, откуда главные силы флота могли следить за подходами к Северному морю точно так же, как в старину Западная эскадра следила за Каналом и подходами к нему. Однако приходилось учитывать тот факт, что слабыми местами новой позиции являлись как раз те стороны, которые были сильны у старой. Западная эскадра имела в своем распоряжении прекрасные базы: Портсмут, Плимут и Фалмут; теперь же базы требовалось оборудовать заново. Этому вопросу уделялось достаточное внимание в свое время, но оставалось сделать еще очень многое.

Не отсутствие предусмотрительности и слабое изучение проблемы послужили причиной нашей неподготовленности, а непрекращающийся и быстрый рост морской техники. Темп этого роста не давал возможности остановиться на достаточно устойчивых формах, необходимых для создания солидной схемы организации. Техника двигалась вперед столь быстро, что, как показывал опыт, обычно крупные морские сооружения оказывались устаревшими еще до окончания работ, и только самое осторожное и тщательное изучение стоявших на очереди вопросов могло оградить страну от дорого стоивших разочарований.

Ряд комиссий непрерывно работал в этом направлении вплоть до самой войны. После немалых колебаний в 1903 году было принято решение о строительстве первоклассной базы в Розайте, причем проект предусматривал завершение работ к концу 1915 года. Второклассных баз, подобных Пемброку и Куинстоуну, на Северном море не было, и только один Тайн удовлетворял требованиям в отношении ремонта и доков. В качестве маневренных баз, подобных Биргавену, Портленду и Дувру, на восточном побережье имелся лишь Гарвич.

В Раздел