29.03.2017

Состояние боевой подготовки на Балтийском флоте, осенью 1939 г. (5 часть)

Оценивая общее состояние авиации Балтфлота накануне войны, командующий ВВС ВМФ СССР комкор С.Ф. Жаворонков с полным на то основанием делал следующий вывод: «Уровень боевой подготовки в частях ВВС КБФ к началу боевых действий был ниже, чем на других флотах ...». Важной составной частью флота была Береговая оборона, в которую входили Северный, Южный и Западный укрепленные районы, Отряд особого назначения, а также Особая специальная стрелковая бригада. И здесь тоже ситуация была достаточно противоречивой.

Если верить справке, составленной начальником Управления боевой подготовки ВМФ Ю.Ф. Раллем, то получается, что части Береговой обороны были «готовы к решению всех огневых задач при всяких условиях». В то же время из «Отчета о боевых действиях частей Береговой обороны за период войны», подготовленного начальником штаба КБФ Ю.А. Пантелеевым уже после войны, следует, что из 29 артиллерийских батарей Северного укрепрайона (СУР) только 13 были отнесены к 1-й линии (т. е. могли решать все задачи как в простых, так и в сложных условиях), из 9 батарей Южного укрепрайона (ЮУР) - 6, а из состава Западного укрепрайона (ЗУР) - только 2 из 5 батарей.

В свою очередь нарком внутренних дел СССР Л. П. Берия посчитал нужным сообщить наркому обороны маршалу К.Е. Ворошилову следующее: «На некоторых ... береговых частях нет таблиц стрельб. Форт «Краснофлотский», на который возложены весьма ответственные задачи (обстрел финских укреплений на островах Финского залива), таблицы сверхдальних стрельб для 12-дюймового калибра получил только лишь 16 ноября». Большим минусом в подготовке батарей береговой обороны было то, что на них отсутствовали корректировочные посты, средства артиллерийской инструментальной разведки и наблюдения, а средства дальней корректировки (корректировочная авиация) еще не получили должного развития на флоте.

Лишь отдельные секторы Береговой обороны имели 2-3 тихоходных самолета «МБР-2», не оборудованных приборами для точного определения координат цели и корректировки огня. Таким образом, боеготовность частей Береговой обороны была явно недостаточной и, скорее, соответствовала условиям мирного времени. Как уже говорилось выше, в составе Береговой обороны имелось отдельное соединение морской пехоты - Отдельная специальная стрелковая бригада (ОССБ), подчинявшаяся непосредственно Военному совету КБФ. Эта бригада лишь с большой натяжкой могла считаться настоящей «морской пехотой», в подлинном понимании смысла этого слова.

Она была образована на базе Кронштадтского крепостного стрелкового полка 1 июля 1939 г. в составе управления и 3-х батальонов. Бригада, по словам капитана 2 ранга В.П. Александрова, «все лето тренировалась не в том направлении, в котором было нужно для десантной операции (это было ее основное предназначение)». Одной из главных задач ОССБ было определено преодоление и уничтожение инженерных препятствий на берегу при высадке, а она к этому не была подготовлена. Более того, у нее не имелось даже специального подрывного имущества. Направление в обучении специальной бригады шло, как считал полковой комиссар А.А. Павлинский, «не в той плоскости, в какой нужно», в результате чего морские пехотинцы не умели обращаться, как следует даже с обычным стрелковым оружием (винтовкой, пулеметом).

Итак, не говоря уже о специальной десантной подготовке, даже общевойсковая подготовка бригады была не на высоте. По сути дела ОССБ представляла собой обычное стрелковое соединение, посаженное на корабли, и поэтому по духу своему она просто не соответствовала понятию «морской пехоты». На этот счет начальник штаба Отряда особого назначения капитан 1 ранга Н.Б. Павлович очень точно заметил, что в бригаде «не было ничего морского». Характерно, что когда в 1940 г. на одном из заседаний ученого совета Военно-морской академии речь вдруг зашла о применении отечественной морской пехоты в советско-финляндской войне, то один из членов совета искренне спросил: «Морская пехота, - это что, сказано в иносказательном смысле или такая действительно существовала».

В этом вопросе нет ничего удивительного: просто никто не воспринимал бригаду морской пехоты в таком качестве. Большим недостатком в деятельности ОССБ, по мнению Павловича, было отсутствие у нее специальных высадочных средств. Из-за отсутствия в советском ВМФ специальных десантных кораблей (они появились только в 1940 г.) во время боевых действий приходилось использовать все наличные вспомогательные плавсредства, которые из-за своих невысоких мореходных качеств иногда просто не годились для выполнения десантных операций. В результате война застала бригаду в неподготовленном состоянии. Фактически, части ОССБ завершили лишь одиночную подготовку и сколачивание подразделений.

Кроме того, отсутствие руководящих документов по проведению десантных учений также отрицательно сказывалось на подготовке КБФ к десантным действиям. Говоря о прохождении курса боевой подготовки в соединениях Балтфлота в 1939 г. нельзя не упомянуть следующий факт. Во время инспектирования новым наркомом ВМФ Н.Г. Кузнецовым Краснознаменного Балтийского флота Военный совет Балтфлота 4 июня 1939 г. доложил наркому о сложившейся на флоте тревожной ситуации по БП. Одной из основных причин такого положения дел, по мнению командования КБФ, была почти полная смена командиров соединений и частей «большая часть командиров командует первый год») и их явная неподготовленность.

В связи с этим ряд основных соединений флота имели довольно низкие показатели по БП и фактически были не боеготовыми: «Л-я БММ представляет собой еще сырой материал. К-ра БММ Лежаву нужно поддержать. К-ра 1 БГШ Иванова приходится все время подталкивать. Не хочет заниматься базой. 1 БПЛ на сегодня только приступила к БП... Командир БЗТР Кисилев требует к себе большого внимания. К-р молодой. Были аварии. Бригада получает в этом году 8 ТЩ и требует много людей для укомплектования... ОВР соединение слабое и на сегодня не выполняет всех возложенных задач...».

Вторым моментом, сильно влиявшим на прохождение БП соединениями и частями Балтфлота, было получение от промышленности большого количества новых боевых кораблей, которые имели значительные заводские недоделки. В результате личному составу приходилось устранять технические дефекты собственными силами уже после принятия кораблей в состав ВМФ. В-третьих, процесс боевой подготовки тормозился ограниченностью районов плавания (т. н. «Маркизова лужа») и отсутствием возможности выхода флота на оперативный простор.

В Раздел