16.05.2017

Бой 1 ноября у Коронеля, 1914 год (1 часть)

Из предыдущего описания действий эскадры адмирала Краддока мы знаем, что 22 октября он направился в поиск вокруг мыса Горн, оставив «Canopus» с приказанием встретить его по другую сторону Магелланова пролива. Полученные инструкции Адмиралтейства не оставляли у него сомнения, что ему надлежит действовать на западном побережье, а адмиралу Стоддарту - на восточном и что приказания от 5 октября (полученные 7 октября) остаются в силе, т. е. что ему надлежит искать встречи с неприятелем.

Он понимал свою задачу именно так, а не иначе, и это подтверждается его донесением от 26 октября. Краддок, только что соединившийся с отрядом капитана 1-го ранга Люса, был убежден в невозможности выполнить задачу, которую, по его мнению, от него требовали. С силами, находившимися в его распоряжении, он не видел возможности принудить к бою эскадру, подобную эскадре адмирала Шпее. Ссылаясь на приказание от 5 октября и на необходимость скорейших успехов, Краддок указывал, что отыскать и уничтожить неприятеля, действуя с таким тихоходом, как «Canopus», будет трудно, так как «Canopus» пригоден лишь для конвоирования угольщиков и охраны мест их якорной стоянки.

Поэтому он оставляет его для этой цели, а к себе вызывает от адмирала Стоддарта «Defence». Заканчивая телеграмму, он обращал внимание Адмиралтейства на случай, имевший место еще 6 августа, когда «Карлсруэ» ушел от судов его эскадры, и настаивал на необходимости временно закрыть глаза на вред, причиняемый торговле этим крейсером, пока не будет найдена возможность послать против него судно, обладающее преимуществом в ходе. Когда 27 октября в Лондоне получили телеграмму адмирала Краддока, искаженную при передаче, было трудно решить, чего именно желает адмирал.

После всестороннего обсуждения решение было принято, но, как оказалось впоследствии, оно совершенно не соответствовало тем соображениям адмирала, которыми он, очевидно, руководствовался. Решили разделить силы южноамериканских вод на две приблизительно равные эскадры. Причиной этому, по-видимому, послужили свежие данные о «Карлсруэ». На следующий день по прибытии «Defence» в Пернамбуко (25 октября) туда пришел норвежский пароход и сообщил, что 23 октября немецкий крейсер все еще держался на пути следования торговых судов.

«Defence» немедленно вышел в море, но не на поиски «Карлсруэ», а на смену «Cornwall», стоявшего на охране базы в Abrolhos Rocks, с приказанием последнему присоединиться к «Bristol», «Macedonia» и «Edinburgh Castle», занятым осмотром района Фернандо-ди-Норонья и северного побережья Бразилии. Адмиралтейство, узнав о вызове Краддоком «Defence» к себе, немедленно отменило это распоряжение. Помимо того, что «Defence» был необходим Стоддарту для поисков «Карлсруэ», Адмиралтейство полагало, что Краддок не нуждается в подкреплении. Оно намеревалось отправить на юг к островам Галапагос «Idzumo», «Hizen» и «Newcastle» и считало, что если Шпее пошел на север, то он неминуемо встретится с нашими превосходящими силами.

Уходя от которых, он столкнется с «Monmouth» и «Glasgow», а последние увлекут его за собой и наведут на «Good Hope» и «Canopus». Телеграмма, отправленная 28 октября вечером, вполне возможно, не была получена Краддоком вовсе, во всяком случае, она запоздала и не могла иметь влияния на его действия. 27 октября все еще, по-видимому, надеясь на изменение инструкций, которые он считал не соответствующими обстановке, адмирал отделил «Glasgow» на север к Коронелю, рассчитывая получить ответ Адмиралтейства через Монтевидео. Командиру крейсера предписывалось отправить телеграммы, получить сведения разведки и перехватить германское парусное судно, по слухам, направлявшееся на острова Санта-Мария у Коронеля.

На следующий день Краддок вызвал «Canopus» с угольщиками, рассчитывая, получив сообщения от капитана Люса, сразу идти с эскадрой на север и грузиться углем в Juan Fernandez. Одновременно он отправил «Otranto» заглянуть в Puerto Month - конечный южный пункт железной дороги на западном чилийском побережье. «Glasgow» в поисках германского парусного судна прибыл к Санта-Мария вечером 29 октября, но с одобрения адмирала не пошел в Коронель до следующего утра. В течение дня он принял много неприятельских шифрованных радио-переговоров, о которых немедленно доложил флагману.

Краддок решил в 6 часов утра 30 октября идти с «Monmouth» и «Good Hope» на север. В это время подошли «Canopus» с угольщиками, но повреждение «Canopus» в машине потребовало 24-часового ремонта, и адмирал был вынужден отправить его к якорному месту. «Glasgow» сообщили, что посещение Коронеля отходит на второй план, главной же задачей является обнаружение неприятеля. Ввиду этого, а также потому, что неприятельские радио-переговоры всю ночь не прекращались, «Glasgow» крейсировал на W и NW от Санта-Мария в течение 30 октября и в ночь с 30 на 31 октября. На следующее утро «Otranto» присоединился к адмиралу, не получив никаких сведений в Puerto Month, где немецкое влияние не имело себе соперников.

«Glasgow» оказался удачливее: в 1 час ночи 31 октября он перехватил радиосообщение «Лейпцига», вызывавшего находящийся поблизости коммерческий пароход, но, ни ночью, ни на следующий день никого обнаружить не смогли. Под влиянием этого радиосообщения или по каким-либо другим соображениям Краддок, по всей вероятности, решил, что целью Шпее является северный район - острова Галапагос и подходы к Панамскому каналу. Насколько известно, он еще не знал о посылке в этот район англо-японского отряда и полагал, что забота по охране данной территории входит в его обязанности.

Вследствие этого или какого-либо иного соображения он вызвал «Canopus», приказав прибыть вместе с угольщиками в St. Felix - пустынный остров в 500 милях к северу от Juan Fernandez. Адмирала заботило отсутствие сведений разведки, и, в конце концов «Glasgow» получил приказание войти в Коронель, отправить и получить телеграммы и выйти обратно при первой возможности. «Glasgow» прибыл по назначению 31 октября в 18.20 и отправил телеграммы. В одной из них адмирал объяснял свое намерение идти на север и грузиться углем в Juan Fernandez, не упоминая, что «Canopus» оставлен для конвоирования угольщиков.

Ко времени получения этих телеграмм в Адмиралтействе произошли крупные перемены - в должность первого морского лорда вступил лорд Фишер. Новый состав Адмиралтейства немедленно принял меры к улучшению того ненадежного положения, в котором оказался Краддок. Уведомляя адмирала, что «Defence» предписано незамедлительно к нему присоединиться, Адмиралтейство совершенно определенно указывало, что от адмирала не ожидается действий без «Canopus». Ему предписывалось держать эскадру соединенно с линейным кораблем, отправляя на разведку лишь «Glasgow», а также всячески стараться как можно скорее соединиться с «Defence».

В Раздел