06.05.2017

Развертывание КБФ перед Советско-финляндской войной 1939-1940 гг. (1 часть)

В последние 10 дней перед началом войны с Финляндией на Балтийском флоте началась ускоренная подготовка к оперативному развертыванию. 19 ноября 1939 г. в 22 ч по приказанию командующего КБФ флагмана 2 ранга В.Ф. Трибуца, в Кронштадте, в береговом штабе флота, был развернут флагманский командный пункт (ФКП). ФКП был создан по новой организации и состоял из оперативного дежурного (ОД) по командному пункту, его помощника и шести оперативных дежурных, каждый из которых отвечал за определенный род сил Краснознаменного Балтийского флота - надводные силы, подводные силы, Береговую оборону и Ладожскую военную флотилию, Военно-воздушные силы, Отряд особого назначения и тыл флота.

В обязанности оперативного дежурного (ОД) входил сбор и изучение данных об обстановке на театре военных действий, своевременный их доклад командованию флота, передача срочных приказаний различным силам флота и контроль за выполнением подчиненными командирами (штабами) поставленных задач. Все эти сведения заносились оперативным дежурным в журнал боевых действий. Помимо ФКП, были созданы также два запасных командных пункта (ЗКП): один - в Кронштадте, в помещении штаба Северного укрепрайона, а другой - в Ораниенбауме. На первом ЗКП имелся второй экземпляр карты обстановки. Там же было организовано суточное дежурство.

Ни основной, на запасные командные пункты не имели убежищ на случай бомбардировки. В этот же день в Петергофе был развернут флагманский командный пункт ВВС КБФ и ФКП 61-й истребительной авиабригады, а в Котлах - ФКП 8-й бомбардировочной авиабригады. 21 ноября флагманский командный пункт штаба КБФ перешел на запасный командный пункт в Ораниенбауме, а 23 ноября - вернулся в Кронштадт. Период с 22 по 27 ноября был относительно спокойным для большинства соединений надводных кораблей, базировавшихся в главной и маневренной базах флота, лишь Отряд особого назначения интенсивно тренировался перед грядущей операцией.

Зато в частях КБФ, дислоцировавшихся в Прибалтике, наблюдалось некоторое оживление. После того, как заместитель командующего КБФ В.А. Алафузов 21 ноября поднял в Таллине флаг старшего флагмана, началась систематическая проверка боевой готовности на всех кораблях и подлодках, находящихся в гавани. 24 ноября 1939 г. в 9 ч 45 мин по 2-й бригаде подлодок была объявлена боевая тревога. Через две минуты все подводные лодки были изготовлены к бою, а в 10 ч был дан отбой тревоги. 27 ноября проверка повторилась: в 20 ч 55 мин на всех кораблях и подводных лодках, базировавшихся в Таллине, была объявлена учебно-боевая тревога.

Уже через 5 мин было готово 1-е звено 1 дивизиона катеров-охотников «МО-4», а через 15 мин - 22-й дивизион подлодок, из состава 2-й бригады ПЛ. В 21 ч 25 мин последовал отбой тревоги. Напряженное ожидание царило также и в Военно-воздушных силах Краснознаменного Балтийского флота. С 22 по 25 ноября в 61-й истребительной и 8-й бомбардировочной авиабригадах постоянно объявлялись учебно-боевые тревоги. Более того, самолеты морской авиации стали производить фоторазведку приграничной финской территории. 23 ноября на разведку были отправлены 6 самолетов: 4 бомбардировщика «СБ» обследовали район Юккоолива, а 2 гидросамолета «МБР-2» облетели Финский залив до меридиана Хельсинки.

Фотоснимки, сделанные экипажами, были доставлены в штаб КБФ с очень большим опозданием, что дало повод заместителю наркома ВМФ И.С. Исакову пожаловаться наркому ВМФ Н.Г. Кузнецову на «безобразную постановку фоторазведки». 25 ноября в 10 ч 20 мин в частях ВВС КБФ начались аэродромные полеты. 2 бомбардировщика «ДБ-3» отправились на разведку, но были вынуждены вернуться по причине плохих метеоусловий. В 17 ч аэродромные полеты были закончены. 27 ноября в 12 ч на командный пункт 8-й авиабригады прибыли командующий ВВС Балтфлота комбриг В.В. Ермаченков и военком ВВС КБФ бригадный комиссар Л.Н. Пурник.

На следующий день рано утром они еще раз посетили КП бригады, после чего убыли в Петергоф. 28 ноября в 22 ч 10 мин Военный совет КБФ отдал приказание начать развертывание подводных лодок на позициях в Балтийском море, предусмотренных планом боевых действий. На выход были назначены лодки «С-2», «С-3», «Щ-320», «Щ-309» и «Щ-310». В ночь с 28 на 29 ноября 1939 г., в период с 1 ч 43 мин до 3 ч, все подлодки вышли на позиции. Таким образом, подводные силы КБФ начали тактическое развертывание раньше других соединений флота. Следующий день, 29 ноября, стал для Краснознаменного Балтийского флота решающим.

В 1 ч 45 мин командующий ВВС КБФ сообщил всем авиачастям, участвовавшим в десантной операции: «Командует командир авиагруппы (имеется в виду командир Авиагруппы ООНа полковник А.И. Суханов), предварительный удар наносят 18 самолетов «СБ», 10 самолетов «Р-5», резерв -10 самолетов «ДБ-3», они же прикрывают МБВ, 2 ч 50 мин флагманский командный пункт Отряда особого назначения был перенесен на эсминец «Стерегущий». В 11 ч 30 мин командующему Эскадрой Н.Н. Несвицкому было приказано подготовить линкор «Марат» к походу к 13 ч 30 ноября. В 11 ч 45 мин командир ООНа получил лично от начальника штаба КБФ Ю.А. Пантелеева по телефону сигнал «Таран».

В 12 ч 30 мин командиру эсминца «Гордый» из штаба флота было послано приказание: «Питательно обыскивать финские пароходы, лайбы и штопки. При наличии контрабанды задерживать, разрешается применять оружие». Напряжение постепенно возрастало. Около 14 ч. командующий КБФ В.Ф. Трибуц получил от Военного совета Ленинградского военного округа приказ № 02/оп, согласно которому директива № 4716 от 21.11.39 г. вводилась в действие с утра 30 ноября 1939 г. На первый взгляд этот приказ может показаться идентичным директиве ВС ЛВО № 4716, но при внимательном его рассмотрении можно заметить существенные различия.

Во-первых, перечень задач флота сокращен - две наиболее сомнительные задачи из вышеуказанной директивы («недопущение» подхода иностранных судов и высадки иностранных войск на Аландских островах, а также захват полуострова Ханко) были в данном приказе опущены. Во-вторых, сильно изменена формулировка задачи в первом пункте: вместо уничтожения финского флота речь идет о его захвате. В-третьих, появилось дополнительное требование о перекрытии минами фарватеров на Турку. Все это, вместе взятое, вынудило В.Ф. Трибуца потребовать от начальника штаба КБФ Ю.А. Пантелеева, чтобы тот проверил еще раз «задачи, поставленные в этой директиве, с задачами, поставленными в нашем приказе (имеется в виду приказ ВС КБФ № 5/оп от 23 ноября 1939 г.)»

Остается только удивляться тому, как командование Балтийским флотом умудрилось не запутаться в столь противоречивых приказаниях армейского руководства. Итак, приказ на открытие боевых действий был получен. Весь Краснознаменный Балтийский флот стал постепенно приходить в движение. В 13 ч 49 мин штаб КБФ приказал подлодкам «Щ-319», «Л-1», «С-1» и «Щ-317» выходить на свои позиции, а подводным лодкам «Щ-322», «Щ-324» и «Щ-318» - находиться в оперативном резерве. На всякий случай Ю.А. Пантелеев предупредил командира 2-й бригады ПЛ капитана 1 ранга Д.М. Косьмина, что сигнал «Факел» следует ожидать ориентировочно в 00 ч 00 мин.

В Раздел