03.08.2017

Российский флот в Русско-турецкой войне 1768-1774 гг. (1 часть)

В середине XVIII в. Россия, утвердившая свое господство в Восточной Прибалтике, начала оказывать существенное политическое влияние на положение в Европе. Отношения же с южными соседями - с Турцией и находившимися в зависимости от нее крымскими татарами оставались сложными. Поэтому с конца 1760-х гг. осью внешнеполитического курса правительства Екатерины II стала борьба за северное побережье Черного моря, установление господства на Балканском полуострове, а в перспективе - и над всей Малой Азией.

Позицию Турции в вопросе причерноморской проблемы изложил ее министр иностранных дел: «Султан смотрит на Черное море, как на дом свой внутренний, куда нельзя пускать чужеземца: скорее султан начнет войну, чем допустит ходить русским кораблям по Черному морю». Повышение роли России в европейских делах вызвало беспокойство в правящих кругах Франции. Особенно ее озадачили планы образования союза северных государств - России, Пруссии, Дании, Швеции и Польши, так как они могли создать монолитную конфронтацию Франции и Австрии и подорвать их безраздельное влияние на южные европейские страны.

Чтобы ослабить Россию, Франция всячески подталкивала Турцию на военные действия против русских. Повод для развязывания войны вскоре нашелся. Воспользовавшись незначительным пограничным инцидентом и заручившись поддержкой французского правительства, Турция 14 октября 1768 г. объявила войну России. Турецкий план военных действий предусматривал одновременное наступление на нескольких направлениях. Главные силы - около 400 тыс. человек - должны были наступать на Польшу, а затем на Киев и Смоленск. Что касается русского плана, то он исходил из основной цели войны - овладение побережьем Черного моря и Крыма - и предусматривал наступление на трех направлениях.

Главные силы (95 тыс. человек) под командованием А.М. Голицына должны были наступать из района Киева в общем направлении на Дунай. Другая армия (40 тыс. человек) под командованием П.А. Румянцева сосредоточивалась в районе Екатеринослава для действий против Крыма. Отдельный корпус выделялся против турок на Кавказе. С целью отвлечь часть сил противника с главного дунайского направления предусматривалась посылка крупных сил Балтийского флота в Средиземное море, чтобы нанести удар по Турции с тыла. Для содействия наступлению войск в Крыму создавалась Азовская военная флотилия во главе с вице-адмиралом А.Н. Сенявиным.

Таким образом, Россия, по образному выражению Екатерины II, должна была «подпалить турецкую империю со всех четырех углов». План военной кампании России носил ярко выраженный наступательный характер, отличался смелостью стратегического замысла и широко масштабностью. Большое место в нем отводилось флоту, который должен был содействовать сухопутным войскам на важнейших направлениях. Особую роль предстояло сыграть Балтийскому флоту - впервые совершить переход вокруг Европы и развернуть боевые действия на Средиземном море, общее руководство которыми возлагалось на генерал-аншефа А.Г. Орлова, а командующим флотом был назначен опытный флагман адмирал Г.А. Спиридов.

Эта крупная экспедиция русского флота, получившая наименование Архипелагской, ставила своей целью вызвать массовые восстания против Турции среди греческих и славянских народностей Балканского полуострова, прежде всего на полуострове Морея (Пелопоннесе) и на островах Архипелага в Эгейском море. Особые надежды возлагались на создание мощных очагов восстания среди подвластных Турции христианских народов, чтобы создать, таким образом, новый театр войны и военных действий и вынудить противника распылить свои войска. Для участия в экспедиции были сформированы две эскадры.

Одна под командованием Г.А. Спиридова предназначалась для совместных действий с десантными войсками и восставшими греками и славянами на побережье Морей. В ее состав входили 7 линейных кораблей, фрегат, бомбардирский корабль и 6 вспомогательных судов, на которых находилось около 2 тыс. десантных войск. Другая, которой командовал англичанин на русской службе контр-адмирал Джон Эльфинстон, состояла из 3 линейных кораблей, 2 фрегатов и 4 вспомогательных судов. Она должна была перевозить подкрепления для десанта и некоторые виды боевого снабжения, а также нарушать коммуникации противника в Архипелаге, и в первую очередь пресекать подвоз продовольствия в Константинополь через Дарданеллы.

Весной 1769 г. началась чрезвычайно интенсивная подготовка кораблей к экспедиции. Екатерина II требовала от Адмиралтейств-коллегии отправить эскадры в поход как можно скорее. Для этого делалось все возможное, но камнем преткновения явилось включение в состав эскадр наряду с новыми кораблями судов более старой постройки, требовавших дополнительного крепления корпусов, замены мачт и такелажа. Первая эскадра покинула Кронштадт лишь в июле. На Красногорском рейде она приняла на борт десантные войска и вышла в дальний поход, связанный с немалым риском.

Адмирал Г.А. Спиридов, которому предстояло провести крупное соединение парусных кораблей из Балтийского моря в Средиземное, лучше, чем кто-либо, понимал всю сложность похода. Впереди у эскадры - незнакомые моря, Атлантический океан и ни одного своего порта, где можно было бы при необходимости произвести ремонт судов, пополнить запасы провизии и пресной воды, а личному составу получить хотя бы кратковременный отдых. Политическая обстановка в Европе также не благоприятствовала походу. Кораблям надлежало значительную часть пути пройти вдоль побережья Франции, которая стремилась помочь Турции заставить Екатерину II отказаться от действий на Средиземном море.

Французский флот даже готовился напасть за эскадру в Атлантическом океане. И только под нажимом Англии, благосклонно относившейся в то время к России, французы вынуждены были отказаться от этой затеи. Многие в Европе не верили в возможность успешного перехода русского флота в Средиземное море. Турецкий султан заявил, что он вообще «отказывается даже понимать, как это русские корабли могут добраться морем из Кронштадта к берегам Турции». Но Екатерина II была уверена, что русские моряки выполнят задачу.

В одном из писем графу А.Г. Орлову, находившемуся в Италии в Ливорно, где он развернул активную деятельность по подготовке восстания греков в Морее с прибытием русского флота, императрица писала: «Я так расщикотала наших моряков по их ремеслу, что они огневые стали… у меня в отменном попечении ныне флот, и я истинно его так употреблю, если Бог велит, как он еще не был». И она не ошиблась в оценке боеспособности флота. Эскадре Г.А. Спиридова предстояло пройти около 4,5 тыс. миль по сложному маршруту: через Балтийское море, проливы Каттегат и Скагеррак.

Бурное Северное море, сложный в навигационном отношении Английский канал, вечно неспокойный, особенно в осеннее время, Бискайский залив, узкий Гибралтарский пролив, пересечь большую часть Средиземного моря. Переход эскадры через Балтийское море проходил вначале спокойно. Но у острова Готланд разыгрался шторм, сильный ветер крайне затруднял движение, кораблям приходилось много и долго лавировать. Эскадра прибыла в Копенгаген только 30 августа, более чем через месяц после выхода. Екатерина II в связи с этим написала Г.А. Спиридову язвительное письмо: «Когда вы в пути съедите всю провизию, тогда вся экспедиция ваша обратится в стыд и бесславие ваше и мое».

Императрица так спешила ввести эскадру в дело, что потеряла чувство объективности. В Копенгагене корабли пополнили запасы пресной воды и продовольствия, перегрузили с судов, сопровождавших эскадру, различные материалы для ремонтных работ и после прихода из Архангельска нового линейного корабля «Ростислав», заменившего поврежденный «Святослав», в начале сентября покинули рейд Копенгагена. Северное море встретило эскадру новым штормом. Сильный холодный ветер с дождем, изнурительная качка измотали экипажи. Больных становилось все больше и больше, и к моменту прихода эскадры в английский порт Гулль 25 сентября их было 7001, а иных уж не было в живых.

В Раздел