03.08.2017

Чесменское сражение 1770 г. и боевые действия русского флота в Архипелаге (2 часть)

Из-за повреждения парусов он потерял способность лавировать, и течением его несло на «Реал-Мустафу», охваченного пожаром. Невзирая на это, абордажная партия «Евстафия» бросилась на палубу «Реал-Мустафы». Завязалась ожесточенная абордажная схватка, в которой русские моряки показали себя героями. Один из матросов, имя, которого осталось неизвестным, при попытке овладеть турецким флагом был ранен в правую руку. Он схватил флаг левой рукой. Когда же подбежавший турок ударом сабли ранил ему и левую руку, матрос вцепился в полотнище флага зубами и не выпускал его до последнего вздоха.

В разгар абордажного боя адмирал Спиридов, пренебрегая опасностью, ходил по палубе своего корабля с обнаженной шпагой и подбадривал команду. В это время на «Евстафии» играл оркестр: музыкантам Спиридов приказал «играть до последнего». Но воспользоваться плодами победы рукопашной схватки не довелось. С «Реал-Мустафы» огонь перекинулся на «Евстафий». Попытки оттянуть его с помощью шлюпок от горящего турецкого корабля и потушить пожар не увенчались успехом. В связи с невозможностью спасти флагманский корабль, адмирал Спиридов вынужден был, как этого требовал Морской устав, оставить «Евстафий» и перейти на линейный корабль «Три святителя».

Вскоре горящая мачта «Реал-Мустафы» обрушилась на «Евстафий», огонь проник в крюйт-камеру, и корабль взорвался. Погиб почти весь экипаж - более 600 человек, остались в живых около 60. Вслед за «Евстафием» взлетел на воздух и «Реал-Мустафа». Взрывы «Евстафия» и «Реал-Мустафы» привели турок в ужас и вызвали панику. Напуганные, они стали рубить якорные канаты и отходить в Чесменскую бухту под защиту береговых батарей, где, так и не выполнив своего долга, были заблокированы русскими кораблями. Таким образом, продолжавшийся около двух часов бой в Хиосском проливе закончился гибелью одного корабля с каждой стороны.

Но результаты его определялись не столько материальными потерями, сколько морально-психологическим воздействием. В то время как экипажи русских кораблей были настроены по-боевому и готовы были продолжать сражение до победного конца, противник оказался деморализованным и стремился уклониться от боя, укрывшись в своей базе. Важную роль в победе русского флота над превосходящими силами противника в Хиосском бою сыграли применение неожиданного для противника тактического приема - сосредоточение превосходящих сил на решающем направлении боя, высокие морально-боевые качества русских моряков и хорошая их выучка.

Особый героизм и отличное боевое мастерство показали экипажи кораблей авангарда. Они приняли на себя весь удар турецкого флота в период сближения с ним, а затем нанесли мощный ответный удар, который, собственно, и предопределил дальнейший ход боя в пользу русских. Граф А.Г. Орлов в донесении Екатерине II писал: «Все корабли с великой храбростью атаковали неприятеля, все с великим терпением исполняли свою должность, но корабль адмиральский «Евстафий» превзошел все прочие. Англичане, французы, венециане и мальтийцы, живые свидетели всем действиям, признались, что они тогда не представляли себе, чтоб можно было атаковать неприятеля с таким терпением и неустрашимостью».

И далее добавлял: «Свист ядер летающих и разные опасности представляющиеся, и самая смерть, смертных ужасающая, не были довольно сильны, произвести робости в сердцах, сражавшихся с врагом рассеян, испытанных сынов Отечества». Для подведения итогов боя и выработки решения на дальнейшие действия главнокомандующий граф Орлов 25 июня собрал совещание на флагманском корабле «Три иерарха». Присутствовали адмирал Г.А. Спиридов, контр-адмиралы С.К. Грейг и Д. Эльфинстон, бригадир морской артиллерии И.А. Ганнибал и некоторые командиры кораблей.

Военный совет, учитывая скученность турецкого флота в бухте и деморализацию его личного состава, принял решение немедленно атаковать противника, артиллерийским огнем и брандерами уничтожить его в собственной базе. В приказе, подписанном А.Г. Орловым, говорилось: «Всем видно расположение турецкого флота, который после вчерашнего сражения прошел здесь в Анатолии к своему городу Эфесу (по голландской карте Чесме), стоя у оного в бухте от нас на зюйд-ост в тесном и непорядочном стоянии, что некоторые корабли носами к нам на норд-вест, а четыре корабля к нам боками и на норд-ост, прочие в тесноте к берегу, как бы в куче.

Всех же впереди мы считаем кораблей 14, фрегатов 2, пинков 6. Наше же дело должно быть решительное, чтобы оный флот победить и разорить, не продолжая времени, без чего здесь в Архипелаге не можем мы к дальнейшим победам иметь свободные руки, а для того по общему совету положено и определяется к наступающей нынче ночи приготовиться, а около полуночи и приступить к точному исполнению». Как видно из приказа, русское командование решило атаковать неприятельский флот ночью. В эпоху парусного флота морские бои велись только днем, а если возобновлялись, то лишь с наступлением светлого времени.

Несмотря на большие сложности ведения ночного боя, расчет строился на достижении внезапности и малой эффективности огня береговых батарей ночью, которые представляли для кораблей большую опасность. Вновь в основу плана легло нестандартное решение. План уничтожения турецкого флота в Чесме был разработан под руководством Г.А. Спиридова. Он предусматривал нанести комбинированный удар артиллерией и брандерами, причем главный удар должна была наносить артиллерия с использованием зажигательных снарядов - брандскугелей.

Для атаки противника выделялись 4 линейных корабля, 2 фрегата и бомбардирский корабль «Гром», а также 4 брандера, переоборудованных под руководством Ганнибала из греческих судов. Командиром «Грома» был назначен контр-адмирал Грейг, а общее руководство действиями возлагалось на адмирала Спиридова. План атаки сводился к следующему. Корабли, выделенные для бомбардировки турецкого флота, должны были в ночь на 26 июня скрытно подойти к противнику на дистанцию 2-3 кабельтовых, стать на якорь на назначенных огневых позициях и по сигналу флагмана открыть огонь: линейные корабли и бомбардирский корабль «Гром» - по кораблям, а фрегаты - по береговым батареям, чтобы своим огнем отвлечь их внимание от линейных кораблей.

К ночи все приготовления закончились. Экипажи брандеров, которые подвергались наибольшей опасности, были укомплектованы исключительно добровольцами. Командирами брандеров, по предложению И.А. Ганнибала, назначили также добровольцев: капитан-лейтенанта Р.К. Дугдаля, лейтенантов Д.С. Ильина и Ф.Ф. Мекензи, мичмана князя В.А. Гагарина. В полночь по сигналу Спиридова корабли снялись с якоря и направились в глубь бухты; подойдя к противнику на дистанцию 2 кабельтова, стали на якорь в назначенных местах и по условному сигналу открыли интенсивный артиллерийский огонь по турецким кораблям и береговым батареям.

В Раздел